Будьте с нами!


Кому может помочь бизнесмен-христианин?





01.08.2006 - Кому, в какой степени стоит помогать, если ты состоятельный человек, желающий помочь тем, кому требуется помощь: категория населения, характеристика человека?
- Каждый человек должен решать это самостоятельно. Как это происходило у меня... Я начал с того, что помогал друзьям,родителям друзей, знакомым, друзьям знакомых, друзьям друзей, - в общем близким и их близким. Но как-то все было хаотически, меня это не удовлетворяло.
- Не удовлетворяло отсутствие системы?
- Да,отсутствие системы, неразборчивость в этом вопросе, так скажем, не удовлетворяла. Некоторые люди подсаживались, дальше начинали требовать все больше, больше, больше, - я понимал, что из доброго дела это превращается в какое-то недоброе дело, - они занимались эксплуатацией того, что мне трудно было отказать, спекуляцией своего рода. И это приносило тоже неудовлетворенность, это меня не устраивало. И когда я познакомился с Маргаритой фон Дер Борх, президентом благотворительной организации «Перспективы»,съездил в Детский дом, то с первого же приезда мне стало понятно кому я хочу помогать. На мой вопрос, почему она, Маргарита, этим занимается, именно этим Детским домом, она ответила, что (у нее это тоже исторически сложилось), во-первых, дети — самая уязвимая часть общества, и дети инвалиды - самая уязвимая часть среди детей, во вторых.В третьих, наше общество, к сожалению, устроено так, что от таких детей отказываются родители. Не от того, что родители плохие, - они просто не готовы, не знают что можно делать с этими детьми, как с ними жить. В обществе просто принято от них отказываться, есть такая дурная традиция, мне кажется. И, кроме того, больные дети и государству не нужны, потому что они считаются неперспективными.
Среди бизнесменов как-то принято помогать тем, кто может оправдать вложенные деньги. Меценатство - это совсем не благотворительность.
- А в чем разница?
- Меценатство - это вложение денег в перспективное направление.
- Или в перспективных людей?
- Да, например, в молодых спортсменов или в детей, которые учатся рисовать, или которые учатся музицировать и т.д. То есть эти дети вырастают и дают какие-то результаты, это перспективно. А дети, которые... если у ребенка нет рук, он не будет гимнастом, он никогда не будет заниматься спортом, - в таких детей не принято вкладывать деньги, - то есть эти дети на обочине жизни, получается так. А души у них при внешних уменьшенных физических возможностях даже не такие как у нас, в лучшем понимании этого выражения. Когда нет возможности физически проявлять активность то душа - как сжатая пружина - не имеет никакогс выхода. Например, дети в нашей изостудии, дети-инвалиды, - дети у которых руки, как правило, имеют очень ограниченные возможности,им изолентой привязывают специальные марлевые тампоны, они окунают их в краску и рисуют свои картины. Так вот, некоторые рисуют настолько caмозабвенно, что, протерев до дырки марлевый тампон, они рукой трут о холст. Понятно, насколько человеческая душа вот в такой ситуации пытается самовыразиться,насколько у нее ограниченные возможности для самовыражения. Когда я увидел детей-инвалидов, я понял, что здесь каждый рубль - это чистая жертва.
Каждый бизнесмен хочет - и это совершение логично - не столько больше для себя заработать,сколько чтобы деньги приносили максимально возможную пользу,отдачу.А здесь это чистая жертва, и отдача максимальна. Кроме того, здесь за совершенно небольшие деньги можно, в буквальном смысле слова, спасти жизнь, потому что у этих детей смертность колоссальная, и каждый день работы в Детском доме - это борьба за жизнь. Смертность была в несколько раз выше до того, как мы начали эту работу, сейчас мы ее снизили, - в общем, ежегодно это десятки спасенных жизней, десятки...
Чем отличается бизнесмен от небизнесмена? Бизнесмен старается из работы сделать структуру,систему.
— Которая сама бы работала?
- Ну, сама, в каком смысле... Допустим, один ты можешь распиливать одно бревно в час, например; если ты хочешь распиливать десять бревен в час - тебе нужно организовывать бригаду, если ты хочешь распиливать тысячу бревен в час - тебе нужно покупать оборудование, ставить обслуживание - делать из этого систему; не для того, чтобы самому при этом отдыхать,но для того, чтобы больше и эффективнее работать. Поэтому, чтобы благотворительностью заниматься больше и эффективнее, я влил свое участие в уже работающую структуру (мне повезло), в уже работающую организацию со своим огромным опытом работы не только в России, но и в Германии, и не только с немецким опытом, но и международным, потому что нас поддерживают и англичане и голландцы и швейцарцы и..., в общем, разных стран люди. И эти люди, получая иностранные гранты на работу, серьезно к ней относятся. Вот, например, к нам приезжают проверяющие комиссии, обучающие специалисты, которые обучают наших специалистов работе, в общем, - целый опыт человечества в области благотворительности.
Кроме того, эти люди сами по себе интересные. Директор фандрайзинговой организации (то есть по сбору денег на благотворительность) «Киндернот-хильфе» Дитмар сказал мне, что более 80 % сотрудников (их организация не религиозная), занимаясь благотворительностью, имеют христианские мотивы.
В фандрайзинге американцы пошли намного дальше, чем даже немцы по сбору средств.
- Что-то новое придумали?
- В Америке больше людей занимается сбором благотворительных средств, и больше людей жертвуют деньги на благотворительность, больше,чем даже в Германии.
- Это принято в обществе, или так фандрайзинг поставлен?
- Я думаю, что это и работа Церкви, и работа фандрайзинга. Американцы - самые продвинутые в области маркетинга, у них сбор денег — это та же продажа.
- Тот же маркетинг, только в обратную сторону?
- Да, да, да, там у них это очень масштабно, и пока мы у американцев не учимся, мы учимся только у немцев. Это тоже работа, это тоже интересно, и есть люди, кто занимается этой работой с колоссальным духовным кругозором глубиной и широтой, у которых учишься и тем самым духовно проникаешься и духовно растешь.
- Возвращаясь к основной теме нашего разговора, получается, что в чем более чистом виде, будет жертва человека, тем больше хочется жертвовать в этой сфере?
- Безусловно это так, ведь и Христос некогда сказал «любите врагов ваших» и дальних, не только ближних, а если вы будете любить только ближних,то есть тех, кто вас любит, - какая вам от этого заслуга? (Мф. 5,44-46). Все ближних любят. Я тоже люблю своих ближних, люблю детей, но что мне в этом за заслуга? Я думаю, что здесь очень тонкий вопрос количества того времени, которое нужно разумно, целесообразно распределять на благотворительность. Если я брошу основной бизнес, мне нечего будет жертвовать, потому что я перестану зарабатывать.
- Наверно, дело не только в количестве времени, но и в количестве энергии, которую мы тратим в жизни в разных направлениях?
- Да, деньги - это эквивалент энергии труда. Я считаю, что начинать надо с малого, а тем,кто сомневается делать или не делать, я рекомендую взять и попробовать.
- Это совет тем, кто системно хочет подойти к благотворительности? Не просто случайная помощь кому-то в жизни?
- Да. Как правило, бизнесменов забрасывают всякими просьбами, прошениями: дайте на эту организацию, на эту...
- А как бизнесмены реагируют на это, как правило?
- По-разному, часть людей говорит: «А я уже передал часть денег на это направление, на то...», часть бизнесменов раздражается. Один мой знакомый бизнесмен сказал: «папа у вас болеет, у папы рак, так, я же не могу всем раковым больным помочь!». Я считаю справедливо, в некотором отношении. Я рассказал эту историю своему другу и коллеге в области благотворительности. На что мой друг ответил мне, что его вторая половина, хоть и состоятельный человек, но ни разу, ни одной копейки не пожертвовал на то дело, в которое вкладывает свою душу его спутник жизни. И в мыслях этого даже нет. Не то, что бы человек плохой, но нет этого в мыслях, так устроена его голова: «А зачем?». Человек просто не понимает.
Немцы, фандрайзеры, в этом смысле на мой вопрос о том, как спровоцировать людей на то, чтобы они помогали, ответили так: «А рассчитывать можно только на тех, кто уже кому-то, когда-нибудь помогал. А кто никому никогда не помогал - бесполезно, не тратьте время. Обращайтесь только к тем, кто уже имел опыт благотворительности». Поэтому для тех, кто старается кому-то помочь, можно посоветовать: лучше подключаться к уже работающим организациям, к структурам понятным, прозрачным, проверенным. Почему я сразу поверил «Перспективам»? Потому что президент организации - немка, в структуре организации несколько немцев, немецкие инспектора-проверяющие регулярно приезжают в Россию, очень подробно все изучают, входят в каждую комнату, с каждым ребенком знакомятся, смотрят документы - не только финансовый и документальный аудит, но аудит по сути самой работы, проверка и по факту работы и по смыслу этой работы. Дело даже не в воровстве. Но: не слишком ли много мы тратам денег на конкретного ребенка? Немцы задают подобные вопросы. Ведь цены растут, и в России содержание с каждым годом становится все дороже, дороже и дороже. И на те деньги, которые в России тратятся на одного ребенка, в Африке, например, можно накормить десять! - следят даже за этим.
Конечно, определенный баланс должен быть,но мы не стараемся помочь тысячам детей. У нас есть сейчас около 400 детей, мы ведем их с 4-х лет,с момента поступления к нам, ведем до того момента, когда их переводят в Петергоф, некоторым из них сейчас в районе 25-ти лет.
— Дмитрий Игоревич, скажите, существует ли такое правило в бизнесе, когда человек, добившийся определенных результатов, сколотивший определенный капитал, если хочет развиваться дальше, общаясь в обществе людей себе подобных по материальному и общественному положению, — этот человек определенный процент или часть своих доходов должен тратить на благотворительность, не важно в какой сфере?
- Хотелось бы к этому правильному положению вещей прийти! В России сейчас нет такого правила. Я думаю, что до революции в России это считалось хорошим тоном. В Европе есть такое правило, не то, чтобы ты обязательно должен, но если ты это делаешь... Наверно, это все-таки правило хорошего тона. В России, к сожалению, пока слабо понимают, зачем нужна благотворительность. Первое время меня все время спрашивали: «А почему ты занимаешься благотворительностью в адрес больных детей? У тебя свои дети больные? У тебя ребенок погиб? Ты убийство совершил? Ты какой-то грех хочешь замазать? Наверно, что-то есть просто ты говорить об этом не хочешь?». Но ничего этого нет у меня. Просто я считаю, что каждый человек пытается прожить свою жизнь максимально разумно, эффективно. Как говорит советский классик: «Чтобы не было мучительно больно за...». Я думаю, что постепенно мы к этому придем к мысли о том, что благотворительность должна быть правилом хорошего тона для всех. Среди моих друзей, слава Богу, за последние шесть лет нашей работы в области благотворительности это стало нормой. Мои друзья и партнеры по бизнесу уже не удивляются и не переспрашивают, почему я занимаюсь благотворительностью.
Могу еще сказать, чем отличается благотворительность в адрес детей и в адрес Церкви, - это разное.
- А в чем разница?
- Много бизнесменов, которые помогают Церкви, но им непривычно думать о помощи детям, из которых не вырастет ничего перспективного. Церкви помочь - это святое, а детям зачем? Церкви помогают из богатых бизнесменов, кто православный, почти все.
- То есть в России есть некий предрассудок на эту тему?
-    Да, есть слепота, незнание, предрассудок. И еще: большая часть бизнесменов и общества в целом считает, что забота о детях — это дело государства.
-    Можно сказать, что это советское наследие?
-    Абсолютно. В советском государстве инвалидов быть не должно, в принципе! Их ссылали на острова, например, на Валаам. Инвалиды войны доживали там жизнь, а их родственники думали,что они погибли, где-нибудь в 45-м. А потом, уже в 80-х гг., когда Валаам открыли, бывали такие случаи, когда, например, приезжают родственники и видят могилу их отца или деда, который три года назад, а они считали его погибшим в 45-м, или 44-м. Вот такая была поразительная ситуация. Я что хочу сказать: государство в Европе подобными вещами не занимается. Государство занимается выделением средств; а превращением этих средств в заботу о детях занимаются частные благотворительные организации. А в России само государство заботится, но вопрос: КАК?
- Как может, так и заботится.
- Да, как может, так и заботится, но система, слава Богу, потихонечку меняется..., но так медленно, так инертно.
Меня поражает, что больные русские дети немцам, например, нужны больше чем нам, русским. Наши русские больные дети немцам больше нужны, чем нам самим! А это же дети наших друзей! Это же дети людей, которые живут с нами одном городе, в соседнем доме! Почти все наши дети, более 90 %, имеют нормальных здоровых родителей: не алкоголиков, не наркоманов, не инвалидов!
- Дмитрий Игоревич, как вы считаете, вот этот предрассудок, что Церкви помогать - это принято, это дело святое - мог он возникнуть в постсоветское время из-за некой вины перед Церковью за то, что когда-то ее пытались разрушить, за то, что ей нанесли тяжело поправимый, или даже непоправимый, урон.
- Конечно. К тому же еще свежо в памяти то, что наши бабушки в Бога все-таки верили,а наше поколение так и воспитывалось бабушками и дедушками, потому что родители работали на трех работах. И бабушки по крайней мере уважительное отношение к Церкви передали.
Хочу еще сказать: я считаю, что помощь Церкви - это мода. Построить храм - это хорошо, это модно.
- Почему же это считается модным?
- Потому что Церковь худо-бедно стала себя рекламировать, - и это хорошо. Потому что проповедники стали выступать на телевидении регулярно, - и это хорошо.
- Мало выступают.
- Мало, но уже регулярно. Уже есть православный канал, уже есть православное радио, - нет благотворительного радио, нет благотворительных передач. В Германии начинаешь переключать каналы, из 15-ти на одном или двух точно найдешь передачу о сиротах, о бездомных, о инвалидах, - точно встретишься с социальной программой, - наверно, процентов десять времени тратится на это в средствах массовой информации.
У нас помощью больным детям занимается государство, поэтому оно не занимается рекламой. Государство считает, что выделяемые им средства достаточны: человека накормили, на клеенку положили, другой сверху накрыли - достаточно для ребенка; и вырастает ребенок, - в 15 лет он не умеет плакать..., потому что смысла нет: к нему никто не подойдет, - рефлекс не развивается. Страшные вещи происходят.
- В чем же задача вашей организации?
-    Наша задача состоит в том, чтобы взять конкретную группу детей-инвалидов и постараться, насколько это возможно, приблизить их жизнь к жизни обычных детей. Когда мы начинали нашу работу, многие сомневались, что в этом есть хоть какой-то смысл, но мы достигли конкретных результатов в борьбе за жизнь, здоровье и развитие детей, о которых мы заботимся, - результаты, поражают даже нас. Мы хотим дать больным детям не только еду и крышу над головой, но мы хотим постараться дать им заботу, развитие и, может быть даже, любовь.
Дмитрий Чудинов

Вернуться в новости